21 Июня. Гость передачи: Шахназаров К.Г. – ПОЛИТ-АНАЛИТИК

21 Июня. Гость передачи: Шахназаров К.Г.

Передача «Вечер с Владимиром Соловьёвым», 21.06.2021 г.

Ведущий: Байден продвигает демократию за рубежом, борется за моральное превосходство Америки, а по сути Америка пытается создать новые идеологические конструкции на базе старых. Сегодня в США не могут пережить слова Путина о штурме Капитолия, американская демократия превращается в пародию, у них звёзды на флаге слишком белые и форма слишком «звездатая».

Шахназаров Карен Георгиевич:

Как наш с вами учитель Карл Макс говорил: всё это надстройка, а надо смотреть базис. Как говорил Наполеон: ищете интерес. Я уже отмечал, что последняя встреча нашего президента с Байденом, на мой взгляд, это был факт признания России, как сверхдержавы. И опять же, по-моему, Карл Маркс сказал про шведов, что после Полтавской битвы Швеция «ушла с подмостков сцены и села в зрительный зал», и там до сих пор и находятся.

Примерно то же самое произошло и с Россией после 91-го года с той разницей, что мы даже «в зрительный зал не сели», потому что в зрительном зале не так плохо, там есть хорошие места в партере. Мы стали в качестве «статистов», а на «сцене» была только одна «прима» – Америка. У неё были все «заглавные партии», она всё «танцевала». Россия была на «подтанцовке статистом» и последние лет десять Россия говорила, что мы тоже хотим, мы можем что-нибудь «станцевать», дайте нам «роль», мы готовы. Ну, вот, дали! «Дали роль и вывели на сцену», но теперь будет борьба за роли и никаких иллюзий здесь быть не может.

Я ещё хотел бы сказать вот о чём. У нас до сих пор в нашем обществе ещё пребывает какая-то внутренняя симпатия к господину Трампу. Он безусловно весёлый, но надо понимать, что в отношении России – что эти, что те – они абсолютно едины. Поэтому, это иллюзии по поводу того, что Трамп придёт и что-то изменится. Ничего не изменится и в этом смысле Соединённые Штаты и их элита абсолютно прагматичны, едины и понятно, что Россия для них представляет прежде всего конкурента во всех областях.

Кстати, удивительно, как страна за 30 лет после всего того, что мы видели в девяностые, в какой-то степени для нас всех неожиданным образом вернулась на мировую арену в качестве новой сверхдержавы. Тут уже и распад СССР смотрится по-другому. Тут начинаешь думать, что возможно в этом была какая-то своя внутренняя логика. Мы всегда относились к распаду СССР, как к геополитической катастрофе. Вроде бы это так и было, но с другой стороны за 30 лет Россия стала во многом другой страной. Это отдельный разговор, который мне кажется вы наверняка будете вести где-нибудь в декабре, потому что здесь есть много о чём поговорить.

Мы все много говорили, что борьба не прекратится и никаких иллюзий питать не надо и я думаю, что всё-таки главная мысль в головах американской элиты состоит в том, что, по их мнению, у России есть очень много проблем, которые должны страну «подрубить»: это и демография, и экономика, и всё то, что мы постоянно слышим. Они всё-таки надеются, что это произойдёт, поэтому в этом смысле мы должны смотреть, что с нами происходит.

Но, мне кажется, нельзя отдавать американцам лозунг демократии, потому что в нашем обществе, понятно, есть некая антипатия к самому понятию «демократия», с которой связаны девяностые годы, нищета, ограбление, но мне кажется, что мы не должны в этом смысле следовать своим эмоциям. На мой взгляд нельзя американцам отдавать демократию. В этом смысле в последнем выступлении президента на съезде «Единой России» он чётко и ясно говорил о том, что нам нужно провести открытые, демократичные выборы. Мне кажется, что это в определенном смысле ответ американцам. Это другой вопрос, какая должна быть демократия. При этом очевидно, что американцы всё равно будут продолжать политику санкций, будут продолжать вмешиваться во внутренние дела России, всё равно будет попытка расшатать нас внутри и чем ближе будут выборы президента, тем больше это будет видно.

Смысл всего нашего существования последние 30 лет был в том, чтобы выжить и восстановиться. Это было целью и идеей. Строго говоря, в определенной степени нам это удалось, но вопрос в том, что дальше? Какова цель Российской Федерации, что мы хотим? Американцы не скрывают свою цель: это лидерство, мировая гегемония, они хотят «играть главные роли на этой сцене», и они это отстаивают. У Китая тоже надо сказать, цель есть, поскольку это у них записано в партийных документах.

Сейчас Россия оказалась в ситуации, когда промежуточная цель восстановления страны в большой степени достигнута и Россия как-бы признана мировым сообществом как страна-сверхдержава, которая должна играть важную роль в мировой политике и она будет её играть. Но другой вопрос: а, что за роль мы будем играть? Какую «партию мы будем танцевать»? Какая у нас цель, что мы добиваемся? Раньше этот вопрос не стоял так остро, потому что мы боролись за выживание, но сегодня этот вопрос становится очевидным.

Мы уже об этом много говорили, что сегодня встает вопрос о том, какова наша идеология, каков наш взгляд на мир, каково наше мировоззрение. Оно вроде бы формируется в общих словах, то ли это какие-то консервативные ценности, что на мой взгляд весьма сложное и размытое понятие, то ли это русский мир, что надо тоже определять – он только для русских или мы хотим «привязать» кого-то на свою сторону, то ли это какой-то социализм в новой форме, потому что мы всё время говорим, что мы строим социальное государство. В этом надо как-то определиться и сформировать цель для страны. И эта задача, как говорил Владимир Ильич Ленин, архиважная.

Шахназаров Карен Георгиевич (2-я часть):

Демократия никогда не была мессианской идеей. Сейчас Америка пытается её сделать мессианской идеей. Мы все жили в советское время и тогда противоречия между США и СССР были не по линии демократии, а по линии частной собственности, они говорили, что наша экономическая система лучше, чем ваша, она даёт больше товаров, вот о чём они говорили. Не были тогда главными и права человека!

В Америке главная мессианская идея всегда была либерально-буржуазной, смысл которой заключается в частной собственности и экономической свободе человека, а демократия к этому прилагалась. Она и не могла быть по отношению к СССР мессианской идеей, потому что СССР в ответ говорил, что у нас демократия лучше, чем у вас. Во время противоборства СССР и США демократическая идея не превалировали в американской идеологии против СССР, главное они говорили, что у вас государственная собственность и вы не можете сделать джинсы, а у нас частная собственность и мы можем. А сейчас демократию попытаются сделать идеей.

Пролистать наверх