18 Апреля. Гость передачи: Кургинян С.Е. – ПОЛИТ-АНАЛИТИК

18 Апреля. Гость передачи: Кургинян С.Е.

Передача «Воскресный вечер с Владимиром Соловьёвым», 18.04.2021 г.

Ведущий: Вчера стало известно о предотвращении попытки переворота и покушения на Президента Беларуси Александра Лукашенко и его семью. Всё это должны были осуществить 9 мая представители белорусской оппозиции при поддержке американских спецслужб.

Кургинян Сергей Ервандович:

Все мы видим каковы лица тех, кто планирует этот зловещий, чудовищный «подвиг». Это характеристика современности, такие у нас сейчас убийцы, заговорщики и всё прочее. Это не значит, что они не заговорщики, это значит, что всё происходит в режиме какого-то трагифарса, кровавого балагана, с какими-то странными фигурами, причудливыми сюжетами, но людям от этого не легче.

То, что сказал Лукашенко, это серьёзно, и он прав. Заявление Байдена о том, что Путин убийца, тянет на очень многое, это не может быть так просто «брякнуто». Одновременно с этим должны быть развёрнуты какие-то программы, в том числе и крайние. Если человек не тиран, не злодей, а убийца, то тогда можно то, что делается (и Лукашенко очень правильно об этом сказал) очень редко. Подписать реальную бумагу от первого лица на ликвидацию, это очень редкая вещь. Касем Сулеймани или какие-нибудь террористы, по которым подписываются бумаги на уничтожение, они всё-таки не первые лица и не в ядерном государстве. За Насером и Фиделем охотились много раз, это тоже было подписано, но я не помню, чтобы глава Советского государство подвергался каким-нибудь охотам, или чтобы о нём говорили, что он убийца.

Сейчас мы видим новый виток разнузданности. Они сначала напрягают ситуацию до предела, потом предлагают её каким-то путем разрядить. Мы говорим, что в эту разрядку явно встроен Троянский конь. Мы не согласны, и тогда они напрягают ситуацию ещё раз и опять предлагают разрядку. И каждый раз внутри этой разрядки встроены ситуации, которые делают наше положение всё хуже и хуже, а псевдо-разрядка превращается в новое напряжение. Это очень привычная англосаксонская стратегия, которая осуществляется уже на протяжении ста лет.

Поэтому мне кажется, при всей эксцентричности всего того, что произошло с президентом Лукашенко, есть два момента, которые заслуживают внимание. Первый, что наши спецслужбы к этому подключились, потому что, если бы это было совсем эксцентрично, то они бы не стали, они бы чуть-чуть отодвинулись. Но они включились, потому что они понимают, что это дело серьёзное. А второе, это то, что говорит сам Лукашенко. Он буквально говорит, что подписать бумагу на его ликвидацию мог только Байден.

Ведущий: Лукашенко сказал, что Путин обсуждал это с Байденом, и что Байден ответил невнятно.

Кто ж на такие вопросы отвечает внятно? Наоборот он должен был с возмущением отвергнуть, а любая невнятность, это уже «да». Это сказал Лукашенко, он не блогер, не журналист, он – глава государства, ситуация в котором может очень сильно сказаться дальше по всей балто-черноморской дуге. Он сказал это прямо, потому что он в этом смысле человек откровенный, и эта тема уже запущена в оборот в информационной войне. Вдруг оказалось, что мы живём в мире, где подписываются бумаги не на Касема Сулеймани, а на главу вполне себе европейского государства. В этом мире допуски расширены в очередной раз. Убийство президента уже стало расхожим понятием и введено в оборот информационной повестки дня.

Это одно, но ведь происходит не только это. То, что произошло в Чехии, то, что происходит на Украине, дипломатическая обстановка в целом между Россией и США, ситуация с послами, ситуация в Афганистане, где талибы очень сильно отреагировали на американскую задержку вывода войск и могут перейти к радикальным действиям, что будет угрожать интересам Китая, который будет вынужден вмешаться, потому что купил там уже если не всё, то очень многое, а потом возникнет вопрос, как Китаю делить эти зоны влияния с Россией.

Долго говорили о том, что не кончится добром эта ситуация с Турцией. Хочется, чтобы вопреки исторической практике Турция с России вошли в глубокий альянс, но не будет этого. Теперь уже на всех уровнях говорят, что предупреждают турецких руководителей, что не надо на Украине слишком сильно «шустрить», а они будут «шустрить» и не будут оглядываться на нас, потому что им интересна Украина.

Дальше, всё, что происходит в военном отношении вполне тянет на предвоенную ситуацию. ОБСЕ фиксирует уже тысячи ударов по Донецку, а дальше говорится, что это «зловещая русская рука тянется к украинскому горлу»! Что бы мы ни сделали, какими бы мы ни были идеально миролюбивыми, всё равно скажут, что мы «чудовищные кровавые агрессоры» и наши руководители «убийцы», а они спасают мир, отбивая агрессора, при этом зайдут в Донецк и сделают всё, что угодно. В этом смысле у нас будет ситуация, в которой повестка будет безальтернативная. Мы можем оказаться в ситуации слабого или сильного агрессора, а в ситуации не агрессора мы не можем оказаться при любом своём миролюбии. Нас им объявят, потому что им так выгодно.

У нас возможность только одна: быть сильным или слабым агрессором. Разумеется, мы не будем при этом агрессором, мы будем ждать до конца и отреагируем только в случае крайних неприятностей в ЛДНР, но они же надвигаются, наползают. Мы всячески смягчает ситуацию, но ситуация острее чем та, о которой мы говорим, и понятно почему: мы не хотим этого эксцесса, мы делаем всё возможное, чтобы увернуться от этого лобового конфликта, а нам его навязывают, и навязывать будут не только в Донецке, но и в Крыму.

Дальше возникает вопрос, как мы к этому будем готовы внутри страны, как мы успеем перегруппироваться, как решительно разумно и чётко мы будем действовать в ситуации полного негатива по отношению к нам.

Кургинян Сергей Ервандович (2-я часть):

Что бы мы ни думали о себе, Запад считает, что мы их добыча. Это мы можем говорить, что мы освободились от коммунизма и прочее, а они говорят, что они победили в холодной войне, наступили нам на голову, стоят и держат. Ни что у них не вызывает такого бешенства, как возможность признать, что этот побежденный выскользнул. Это невероятная, немыслимая, экзистенциальная ярость, а Украина – это главная точка её проявления, потому что считалось, что российская империя начнёт восстанавливаться с воссоединения Украины с Россией.

Как говорил мягкий Киссинджер, что я предпочитаю новую ядерную войну любому шансу восстановления Советского Союза. Ещё Рейган процитировал какого-то фермера, что пусть мол мои девочки лучше сгорят в ядерном огне, чем попадут в лапы безбожного коммунизма. Это было объявлением того, что Запад, это господин, а коммунизм, это раб. Это было важно с теоретической точки зрения, а с точки зрения практики всё вооружение, вся бронетехника подтянута к границам с Донбассом. Не верю я, что после этого они повернут назад, потому что напряжение там очень сильное.

И наконец последнее, если мы хотим отвечать по-настоящему. Большая ядерная война Западу ещё не снится, они считали, что они нас покорили тем, что они сильно зашли своей экономикой на нашу территорию, а нас на свою не пустили. Так вот теперь у нас есть один коронный ход – мгновенная национализация всего западного на нашей территории. Именно это может стать главной точкой уязвимости Запада и речь здесь будет идти о триллионах долларов, и это может очень сильно изменить всю картину.

Пролистать наверх